Православный Культурно-Просветительский Центр

Схиархимандрит Илий (Ноздрин)

 

Iliy

 

 

Схиархимандрит Илий (Ноздрин): Валаам ничуть не хуже Святой Горы

- Отче, как рано Вы почувствовали в себе монашеское призвание?

- Я даже этого не помню, потому что оно всегда как-то было во мне. Помню, что мне всегда был по душе образ монаха, и никогда у меня не было резкого поворота к монашескому пути.  С малых лет знал "Отче Наш", в армии под одеялом молился Богу, и потом, отучившись в техникуме, решил поступить в семинарию. Я не знал, буду ли в монастыре или нет, но монашество принял. Так начинался мой путь.

- Расскажите о Вашем опыте пребывания на Валааме?

В первый раз на Валаам я приехал в 1993 году, когда все еще было порушено, и скиты, и собор, в котором службы шли только в нижнем храме. И, конечно, рады, что сейчас многое уже восстановлено: наверно, если монастырь привели не к былому состоянию, то близко к былому... Я считаю, что на Валааме, как и на Афоне, царит настоящая атмостфера одухотворенности и молитвенного делания, и в этом плане Валаам ничуть не хуже Святой Горы.  Если бы Валаам не был восстановлен, то это была бы потеря для всей России. Как землетрясение оставляет за собой разрушение, смерть и ужас, так и атеизм... Разрушение было по всей России, что сделали с такими шедеврами, которые при царе всегда были местами молитвы, радости, отдохновения. Служба в Спасо-Преображенском соборе Валаамского монастыря Есть люди, которые говорят, что при коммунизме было лучше, был порядок, но не понимают, что во многом он сохранялся еще по инерции; хотя многие сознательно и отошли от веры, однако в душе еще были христианами. Но когда у нового поколения уже со школы было атеистическое воспитание, люди потеряли совесть, уважение друг к другу, человек человеку стал волком; семьи начали рушиться, было утеряно сознание, что нужно по-настоящему трудиться, и, в конце концов, всё это обернулось в страшную пошлость. В Оптиной Пустыне в начале 90-х годов, как и на Валааме, также было множество неустройств, непонимание и даже угрозы от нецерковных людей. И, вы помните, что случилось на Пасху в 1993 году - без сомнения, сам дьявол вторгся тогда. Было видно, что убийца был не один, и все это было организовано атеистической сектой. Было намерение устрашить монастырь. Но надо помнить для чего Спаситель взошел на крест. Не для того, чтобы дать полный рассвет в жизни: в поврежденном мире это невозможно. Но Он взошел на крест, чтобы дать человеку возможность борьбы с дьяволом, чтобы спасти душу каждого, и дать жизнь Вечную. Борьба эта идет все время, беспрерывно.   

- Ваше высокопреподобие, могли бы Вы дать наставление для насельников нашей обители?

- Ну что наставление... У нас достаточно наставления: в храме мы слышим Евангелие, дома мы читаем церковную, святоотеческую литературу. Каждому монаху известно, что надобно для спасения души и это самое главное. Человек, который вступает на порог монастыря должен приходить с желанием просветить себя духовной жизнью. Христианский путь жизни не предполагается быть безмолитвенным, безболезненным и беззаботным. И, конечно, тот, кто желает спасения, должен располагать себя на все трудности и скорби. Необходимо терпение. Монах должен отрешиться от мира, он должен быть немым, слепым, глухим. Должен быть в целомудрии, нестяжании и послушании.

27 июля 2011 г.

Беседовал Владимир Золотухин.